Народовластие как условие социализации государственной собственности

В первом томе «Капитала» в главе «Современная теория колонизации» Карл Маркс приводит рассказ английского экономиста Эдварда Гиббона Уэйкфилда о неком г-не Пиле, который в начале XIX века попытался наладить капиталистическое производство в Австралии (тогда она называлась Новая Голландия).

Г-н Пил взял с собой из Англии не только средства производства на общую сумму в 50 000 фунтов стерлингов (огромные по тем временам деньги!), но и семьи рабочих численностью в 3000 человек. Однако капиталистический эксперимент на земле, заселенной австралийскими аборигенами и европейскими каторжниками, не удался. Экспортированные из Англии рабочие разбежались, чтобы трудиться на себя, а не на Пила. Маркс пересказывает слова Уэйкфилда: вскоре «у г-на Пила не осталось даже ни одного слуги, который мог бы приготовить ему постель или зачерпнуть воды из реки».

Как видим, г-н Пил все предусмотрел: взял в Англии деньги, средства производства, рабочие руки. Но забыл привезти с собой английские производственные отношения и английскую политическую систему того времени.

Эта поучительная история говорит о том, что любые экономические отношения необходимо рассматривать в контексте политической системы, по правилам которой эти экономические отношения функционируют.

И здесь уместно поговорить о такой экономической категории, как государственная собственность.

Прежде всего, необходимо прокомментировать восхищение, которое вызывает у отдельных зарубежных гостей, в том числе и коммунистов, экономическая система Беларуси, где доминирует государственный сектор.

По данным за 2016 год, на предприятиях, в уставных фондах которых государство имеет долю, трудилось около 1,5 млн. человек, то есть примерно треть экономически активного населения Беларуси. Госсектор сегодня вносит ключевой вклад в основные экономические показатели. Согласно официальным статистическим данным, в 2016 году организации с долей государства в уставном фонде обеспечили более 80% промышленного производства, на них пришлось более 60% полученной в стране выручки и почти 60% инвестиций в основной капитал.

Чем вам не социализм? – вопрошают отдельные граждане, в том числе и те, которые именуют себя коммунистами. Но это вульгарная трактовка марксизма.

Вспомните, как идеологи «раскола» Партии коммунистов Беларуси (ныне Партия «Справедливый мир») в 1996 году обвиняли нас в отходе от марксизма и доказывали, что настоящие коммунисты должны поддержать государственный капитализм Лукашенко. Один из руководителей пропрезидентской Коммунистической партии Беларуси (ныне уже покойный) написал тогда статью в газете «Мы и время», где ставил нам в укор слова В.И.Ленина, называвшего государственный капитализм Германии 1918 года «половинкой социализма».

Действительно, 9, 10 и 11 мая 1918 года в трех номерах газеты «Правда» была опубликована ленинская статья «О «левом» ребячестве и о мелкобуржуазности». В ней автор полемизирует с «левыми коммунистами» сначала по вопросу заключения Брестского мира, затем – о некоторых аспектах внутренней политики молодой Советской власти. Именно здесь Ленин называет государственный капитализм, сложившийся к 1918 году в кайзеровской Германии, «одной из двух разрозненных половинок социализма». По Ленину, «государственный капитализм был бы шагом вперед против теперешнего положения дел в нашей Советской республике».

Что же не поняли вульгаризаторы марксизма в этих ленинских словах?

Во-первых, глава Советского правительства рассматривал германский государственный капитализм в качестве «шага вперед» по сравнению с тем мелкобуржуазным капитализмом, который господствовал еще в России в первой половине 1918 года.

Во-вторых, Ленин говорит о двух «разрозненных половинках» социализма. Следовательно, чтобы социализм был цельным, к его немецкой «половинке» (государственный капитализм) неплохо бы добавить российскую «половинку» власть рабочих и крестьянской бедноты.

Вывод из этой ленинской мысли: для народного государства госкапитализм не представляет никакой опасности и может играть прогрессивную роль, так как находится под полным контролем трудящихся.

Еще одна поучительная история в эту же тему.

В 1906 году ставропольский крестьянин Захар Степанович Мишин, только что избранный депутатом I Государственной думы, привез в столицу «Наказ» от крестьян-выборщиков, требовавших передать все земли в государственную казну.  Ленин упоминает об этой крестьянской инициативе в Стокгольме в мае 1906 года во время выступления с заключительным словом по аграрному вопросу на IV (Объединительном) съезде РСДРП.

Являясь горячим сторонником национализации всех помещичьих земель, Ленин, тем не менее, называет требование Мишина о передаче земель царской казне «реакционным предрассудком». Он говорит, что казна России есть «казна полицейского, военного деспотизма». Чтобы быть убедительным, Ленин апеллирует к образу петербургского генерал-губернатора Дмитрия Федоровича Трепова, прославившегося в январе 1905 года знаменитым приказом «Холостых залпов не давать, патронов не жалеть». Ленин задает риторический вопрос: «Кто распоряжается народным достоянием и народным имуществом? Чиновники, Треповы. Хочешь ли ты отдать землю чиновникам и Трепову?»

Ленин убежден: никакой выгоды крестьянам от передачи земли в царскую казну не будет.

А когда будет выгода? «Мы должны истолковать Мишину и ему подобным… Передача земли в казну может быть очень полезна крестьянам и будет очень полезна им исключительно тогда, когда государство станет вполне демократической республикой».

Вождь большевистской партии выступает здесь как очень последовательный марксист. Он опирается на три базовых тезиса, сформулированных Марксом.

Первый. Маркс предполагал национализацию крупной капиталистической собственности, ее огосударствление только как первоначальный акт превращения государственной собственности в общественную. Иначе говоря, Маркс не отождествлял процесс огосударствления с процессом обобществления, государственную собственность с собственностью общественной.

Второй. По Марксу, социализм тождественен демократии и без обеспечения широких политических и гражданских свобод невозможен.

Третий. Маркс подмечал эксплуататорскую функцию государственного чиновничества. В одной из своих ранних работ «К критике гегелевской философии права», написанной за четверть века до «Капитала», в 1843 году, он говорит: «Бюрократия имеет в своем обладании государство… Это есть ее частная собственность».

Однако скажем еще несколько добрых слов о государственном капитализме, ведь В.И.Ленин называл его не только «половинкой», но и «преддверием» социализма.

Посмотрим на его основные признаки:

а) доминирование государственной собственности на средства производства;

б) государственные субсидии предприятиям, в том числе и частным, обеспечение их рабочей силой;

в) государственное регулирование отношений между трудом и капиталом;

г) защита национальной экономики и национальной буржуазии от иностранной конкуренции.

Мы видим, что в государственном капитализме заложен огромный социалистический потенциал. Но марксизм не называет его социализмом, лишь – половинкой, преддверием. Почему?

Разница между государственным капитализмом и социализмом заключается, прежде всего, в классовой природе государства: кому принадлежит политическая власть, кто держит в своих руках средства производства?

Двести лет назад г-н Пил, упомянутый в первом томе «Капитала», не понимал, что для налаживания капиталистического производства недостаточно одних только средств производства и рабочих рук. Нужна еще адекватная капитализму система политических и производственных отношений.

Сто лет назад ставропольский крестьянин-депутат Мишин не понимал, что государственная казна не осчастливит трудящегося человека, если на этой казне сидит обер-полицмейстер Трепов.

«Левые коммунисты» в 1918 году, как и раскольники нашей партии в 1996 году, не понимали, что самой по себе государственной собственности недостаточно для того, чтобы государственный капитализм начал движение к социализму.

Еще раз вспомним Маркса, который рассматривал бюрократию в качестве силы, приватизировавшей государство. И тогда единственный способ лишить бюрократию права распоряжаться государством как своей частной собственностью – сделать чиновника зависимым от народа, поставить его под гражданский контроль.

Таким образом, государственная собственность на средства производства способна продуцировать свой социалистический потенциал, то есть, служить интересам народа, а не государственной бюрократии и обслуживающей ее интересы национальной буржуазии, только в условиях широкого народовластия.

Кстати, в современном мире наблюдается ренессанс государственного капитализма. Например, правительства, а не частные акционеры, сегодня владеют крупнейшими нефтяными компаниями и контролируют 75% общемировых запасов энергоносителей. 13 крупнейших нефтяных компаний мира (по оценке их запасов) находятся в собственности государств и управляются государствами.

Ну и что? Можем точно так же, как Ленин спрашивал у крестьянского депутата Мишина, спросить у простых российских граждан: много вам пользы с того, что, скажем, «Роснефть» или «Газпром» являются государственными компаниями?

В бывших советских республиках Средней Азии государство сегодня безраздельно господствует в экономике. Ну и что? Это не мешает региону деградировать в сторону средневековой деспотии.

О Беларуси мы говорили в самом начале. Но хочу высказать совсем уж крамольную мысль: в условиях современной политической системы нашей страны человек, работающий на негосударственном предприятии, защищен от произвола работодателя лучше, чем его коллега на государственном.

Так что коммунистам не пристало демонизировать государственную собственность и молиться на нее. Марксистская партия должна добиваться установления политического народовластия, которое обеспечит функционирование государственного капитализма в интересах трудящихся и переход к социалистическим экономическим отношениям.

Показать комментарии